Еврейские земледельческие колонии Юга Украины и Крыма
Версия от 01.01.2015 страницы http://www.evkol.nm.ru/efingar.htm/


 
·  
История еврейских земледельческих колоний Юга Украины и Крыма
 
·  
Еврейские земледельческие колонии Херсонской губернии
 
·  
Еврейские земледельческие колонии Екатеринославской губернии
 
·  
О названиях еврейских земледельческих колоний Юга Украины
 
·  
Частновладельческие еврейские земледельческие колонии Херсонской губернии
 
·  
Религия и еврейские земледельческие колонии
 
·  
Просвещение в еврейских земледельческих колониях (XIX - начало XX веков)
 
·  
Здравоохранение в еврейских земледельческих колониях (XIX - начало XX веков)
 
·  
Быт евреев-земледельцев (XIX - начало XX веков)
 
·  
Юденплан
 
·  
Погромы в годы Гражданской войны
 
·  
Еврейские национальные административные единицы Юга Украины (1930 г.)
 
·  
Калининдорфский еврейский национальный район
 
·  
Сталиндорфский еврейский национальный район
 
·  
Новозлатопольский еврейский национальный район
 
·  
Отдельные еврейские земледельческие поселения Юга Украины, основанные в 1920-1930 гг.
 
·  
Еврейские поселения в Крыму (1922-1926)
 
·  
Еврейские населенные пункты в Крыму до 1941 г.
 
·  
Еврейские колхозы в Крыму
 
·  
Фрайдорфский и Лариндорфский еврейские национальные районы
 
·  
Катастрофа еврейского крестьянства Юга Украины и Крыма
 
·  
Отдельные статьи по теме
 
·  
Приложения:
 
·  
Воспоминания, статьи, очерки, ...
 
·  
Данные о колониях Херсонской губернии
 
·  
Данные о колониях Екатеринославской губернии
 
·  
Списки евреев-земледельцев Херсонской губернии
 
·  
Списки евреев-земледельцев Екатеринославской губернии
 
·  
Воины-уроженцы еврейских колоний, погибшие, умершие от ран и пропавшие без вести в годы войны
 
·  
Уроженцы еврейских колоний - жертвы политических репрессий
 
·  
Контакт

 
·  
Colonies of Kherson guberniya
 
·  
Colonies of Ekaterinoslav guberniya
 
·  
The Jewish national administrative units of South Ukraine (1930)
 
·  
Kalinindorf jewish national rayon
 
·  
Stalindorf jewish national rayon
 
·  
Novozlatopol jewish national rayon
 
·  
Separate Jewish agricultural settlements of the South of Ukraine founded in 1920-1930
 
·  
The Jewish settlements in Crimea (1922-1926)
 
·  
The Jewish settlements in Crimea till 1941
 
·  
Fraydorf and Larindorf Jewish national rayons



Яков Пасик      

История еврейской земледельческой колонии Ефингар


     Переход евреев в земледельцы начался с того, что в 1806 г. 36 еврейских семей Чериковского уезда Могилевской губернии через своих представителей Израиля Лемперта и Нохима Финкельштейна обратились к губернатору М.М. Бакунину с просьбой переселить их в Новороссийский край (ныне Юг Украины) для занятия хлебопашеством. По рекомендации губернатора евреи направили Финкельштейна в Петербург, где он изложил свою просьбу министру внутренних дел В.П. Кочубею. В прошении Финкельштейн писал, что желающие переселиться евреи занимались в деревнях мелкой торговлей и этим "доставляли своим семействам пропитание". После запрета на проживание евреев в деревнях (правительство предписывало евреям до 1 января 1808 г. покинуть деревни и села), они вынуждены были переместиться в местечки и города, лишились там привычных промыслов, и вследствие этого "пришли в беднейшее положение". Они видели в переходе в земледельцы путь к спасению от голодной смерти. Евреи исправно платили "казенные подати и повинности, в чем имеют квитанции; люди они честного поведения, трудолюбивы, в их благонадежности возвратить ссуды нет никакого сомнения". Министр письменно ответил Финкельштейну, что им дозволяется стать земледельцами, но они "должны послать прежде, для выбора земель, поверенных". Когда поверенные выберут земли, возвратятся на родину и могилевский губернатор уведомит об этом министерство, тогда оно распорядится об отправлении в Новороссию разом всех желающих. Переселенцам выдадут пособие на переезд, на прокормление в пути и на местах до первой жатвы. По прибытии на место поселения переселенцы получат ссуды на постройку домов, закупку скота, орудий и семян на первый посев. Довольный результатами поездки Финкельштейн вернулся домой. Однако из-за бедности собрать деньги на поездку поверенных в Новороссию евреям не удалось. Тогда "жалеючи" их, губернатор выдал избранным в поверенные Финкельштейну и Либерману паспорта, бумагу "об оказании им, на месте, содействия" и деньги на поездку. В то же время министр распорядился взять еврейских колонистов под надзор подчиненной ему Конторы опекунства новороссийских иностранных поселенцев (опекунская контора). Местным властям, отвечающим за колонизацию, было предписано основать еврейские колонии. Не прошло и двух месяцев, как опекунская контора донесла Кочубею, что Финкельштейн и Либерман явились, внимательно осмотрели землю, выбрали для себя и своих соплеменников на левом берегу реки Ингул участок в 6600 десятин и уехали назад за своими доверителями, их семьями и пожитками. В 1807 г. Финкельштейн, названный первым евреем-колонистом, привел 43 семьи на место, где они основали первую в Херсонской губернии еврейскую земледельческую колонию. [1]

     Усталые и измученные долгой и тяжелой дорогой, расположились они в "70 верстах от города, ввиду необозримой степи их будущего места поселения, на которой ни куста, ни листочка, ни кола, ни двора, а все приходилось еще только создавать. За неимением же материалов, они вынуждены были зимовать в вырытых ими же ямах". [2]

Карта
Колония Ефингар на карте Херсонской губернии

     Евреи дали своей колонии название Ефингар (Ефенгар, Ефингарь, Эфенгар, Эфенгарь, Ефингарская колония), что в переводе с иврита означает "красивая река" ("яфе" - красивый и "нагар" - река). Вторым неофициальным названием колонии было Булгаков по фамилии генерал-лейтенанта Е.А. Булгакова. По-видимому, он арендовал землю, на которой потом была основана колония, и имел там хутор.

     Место для колонии выбрали удачное, на хорошей, изобилующей водой земле. Отсюда Ингул течет тремя рукавами по низменной долине, среди камышей и рощ. По реке сплавляли мелкий лес, хворост и камыш. Воду первые поселенцы брали прямо из реки. Вода была питьевой, а колодцев в колонии еще не было. [3]

     Первые годы колонизации были очень тяжелыми. Прибывшие поселенцы, не имевшие никакого опыта, должны были "пахать никогда непаханую землю" и в короткий срок научиться земледелию. Из-за тяжелых условий жизни и непривычного климата переселенцы часто болели. Смертность среди них была очень велика. Переселенцы не скрывали от начальства желания выйти из "земледельческого звания, по бедности" по причине ежегодного неурожая. Одни исчезали неизвестно куда, другие уходили без разрешений в города или же возвращались на прежние места жительства, но большая часть переселенцев оставалась в колонии.

     С момента основания еврейских земледельческих колоний власти держали их под постоянным контролем. В сентябре 1810 г. главный судья опекунской конторы С.Х. Контениус осмотрел новоустроенную колонию. В своем отчете он сообщил, что в Ефингаре проживали 154 мужчин и 110 женщин (41 семья). Из них 29 мужчин и 7 женщин были в отлучке, зарабатывая на жизнь в городах Николаеве, Херсоне, Елисаветграде и др. Постройка жилья продвигалась очень медленно. Построенные дома обеспечивали только 75% семей колонии. В ней было 39 домов: 12 каменных, 26 земляных и один деревянный. Земляной дом (землянка), построенный из земляного кирпича (земля, перемешанная с рубленой соломой) и покрытый землей, был самым дешевым жильем и потому считался предпочтительным. Построенные дома стояли без дворов и заборов, а часто и без крыш. Зимой они снимались и шли на корм скоту. Сами колонисты скапливались несколькими семьями в одном доме. Опустевшие же дома разрушались. В степях остро стоял вопрос топлива. Евреи не были знакомы с кизяком, а потому жестоко страдали от холода. Находившиеся на лицо жители посеяли в 1810 г. 52,5 четверти (четверть равна примерно 210 литрам) разных родов хлеба, в том числе один Финкельштейн посеял 6,4 четверти. Уродилось у всех 103,7 четвертей, в том числе у Финкельштейна 30 четвертей. Полученный урожай был далек от обеспечения нужд населения. Контениус насчитал в колонии 37 пар волов, 66 коров и 4 лошади. В 1809 г. колония лишилась павших более 30 голов рогатого скота и украденных более 30 лошадей. Колонисты могли, по словам Контениуса, предупредить кражу лошадей, если бы устроили постоянный свой караул. В колонии был большой излишек земли, позволявший значительно увеличить население. Из полученных сведений власти сделали вывод, что сельское хозяйство хотя и медленно, но стало зарождаться у евреев, несмотря на поселение их в пустынном крае, где земля была столь твердая, что ее приходилось пахать четырьмя парами волов, "когда в великороссийских губерниях это делалось посредством одной лошади". [4], [5]

     Колонию, как и другие населенные пункты региона, регулярно постигали засухи и связанные с этим неурожаи. Один из первых случился в 1811 г. Он заставил многих колонистов питаться "одним варенным щавелем". В 1812 г. кроме Финкельштейна никто почти ничего не сеял. Он один посеял 17 четвертей, остальные 33 хозяина колонии - 65 четвертей. Хозяйство Финкельштейна включало: 2 плуга, 2 бороны, 4 повозки, 12 волов, 11 коров, 30 голов прочего рогатого скота и 22 овцы. На фоне общей нищеты еврейских колонистов, такой состоятельный земледелец казался сказочно богатым. [6], [7]

   Первые десятилетия колония развивалась медленно. В поисках лучшей доли евреи покидали колонию и направлялись в быстро растущие города Новороссии. Восстановление и пополнение численности населения происходило за счет новых переселенцев, значительное количество которых прибыло 1822 и 1840 гг. Однако новые переселенцы, не имея еще понятия о земледелии, в первые годы не принесли колонии никакой существенной пользы, а только отвлекали своим влиянием прежних колонистов от земледельческого труда. [8]

     Уже в 1838 г. Ефингар удостаивается упоминания в книге представителя Гаскалы (еврейского просвещения) Иосифа Перла "Испытующий праведника". Автор рассматривал земледельческий труд как универсальное средство решения всех экономических и социальных проблем восточноевропейского еврейства. Для подтверждения этого он дал следующее идеалистическое описание колонии Ефингар: "Колония на берегу реки Ингул стала домом для пятидесяти семей, которые старательно обрабатывают свою землю. С утра воскресенья до кануна Святой субботы в пятницу они работают на своих участках земли. Те, чьи участки находятся далеко от колонии, живут и готовят еду прямо в поле. Их жены и дети помогают им в работе, стоя рядом с ними во время сбора урожая ... Каждый хозяин имеет пять или шесть голов крупного рогатого скота, два вола, две лошади, овец и большое количество домашней птицы. Изготавливаемые колонистами масло и сыр очень хорошего качества. Даже христиане покупают эти продукты, несмотря на их высокую стоимость. Короче говоря, они усердно и неутомимо делают свое дело. Они верят в то, что делают". [9]

     По данным 8-й ревизии (1835 г.) в колонии числилось 755 человек. В 1845 г. в Ефингаре было 99 дворов (60 каменных и 39 земляных собственных дома), два еврейских молитвенных дома, магазин и баня, числилось 111 семейств, неоседлых семейств было 15. [10] В 1859 г. в Ефингаре было 106 дворов, в которых проживало 453 человек мужского и 425 женского пола, и три молитвенных дома. [11]

     Колония находилась под неустанным контролем колониального начальства, часто малограмотного, вороватого и деспотичного. В то же время в колонии действовали некоторые элементы местного самоуправления. Главой администрации колонии был шульц (староста), избираемый на сходе колонии. Поселенцы избрали первым шульцем Нохима Финкельштейна, наиболее сильного и энергичного колониста. Борьба за влиятельную должность шульца была острой. Так, в 1845 г. колонист Ефингара Эстеркин жаловался, что смотритель колонии "назначил его на 2 дня в общественную работу и сим штрафом лишил его голоса в обществе". Такое наказание он получил за то, что был несогласен на избрание шульцем ефингарца Кнопова. За поданную Эстеркиным жалобу его держали под арестом 18 дней. Несмотря на несогласие этого колониста и некоторых других, Шмуль Кнопов был избран шульцем, а Гилель Гильман и Абель Эстеркин были избраны бейзицерами (помощниками шульца). Шульц и писарь получали жалование из общественных средств колонии. Писарь был достаточно важным лицом. Колонисты не знали русской грамоты, а обращаться к начальству приходилось. [12]

     В середине XIX века для примера хозяйствования в Ефингар поселили немецких колонистов большей частью из немецкой колонии Новый Данциг (в настоящее время с. Виноградовка), расположенной примерно в 22-х верстах южнее Ефингара на той же реке Ингул.

     Из образцовых немецких колонистов власти стали назначать смотрителей (старост) еврейских колоний. Первым немцем-старостой еврейской колонии Ефингар стал Иоганн Утц (Utz). "За услуги, оказанные правительству" на этой должности он в 1852 г. был награжден серебряной медалью "За усердие". [13] Однако отношения между евреями и начальством из немцев, особенно в первое время, были конфликтные. Смотрители, которые должны были наблюдать за хозяйством евреев-колонистов и внедрять немецкую культуру земледелия, часто делали это с помощью плетей и розг, чем довели евреев-колонистов до отчаяния. [14] 5 октября 1859 г. Утц встретил в поле четырех местных евреев: Вульфа Тумана, Акоськина, Барандорфа и Найдена. Утц заметил евреям, что их лошади бродят по посевам и вредят им. В ответ они стали обвинять Утца, что он обижает евреев, сажает их под арест, штрафует, наказывает работами и т.п. Разгорелась ссора. Евреи избили начальника "столь жестоко, что он почти не мог дышать". Утц просил их сжалиться над женой и одиннадцатью его детьми и оставить его живого. Евреи заставили его клясться, что никому ничего не скажет. Утц кое-как дошел домой, где ему была оказана помощь, а четырех ефингарцев схватили и посадили "под строгий караул". Дело затянулось надолго. В конце концов, по приказанию министра государственных имуществ М.Н. Муравьева, в подчинении которого находились еврейские колонии, обвиняемых отдали в солдаты. [15]

     В 1850-х гг. официальные ревизоры в своих докладах давали о колонии Ефингар нелестные отзывы. Главными пороками считалось неуживчивость, буйство и непослушание начальству. Но через несколько десятилетий, колония эта совершенно переменила свой нравственный облик. Колонистов Ефингара хвалили за миролюбие, трудолюбие и исполнительность указаний властей. [16]

     В 1867 г. в полутора верстах юго-восточнее Ефингара немцы-колонисты из березанской колонии Карлсруэ на выкупленной земле основали дочернюю колонию Нейкарлсруэ (Ленинталь, Червоная Зирка, а с 2016 г. с. Шляховое Баштанского района Николаевской области). Долгое время ефингарцы и жители новой колонии сохраняли добрососедские отношения.

     В 1867 г. в самом Ефингаре проживали 12 образцовых хозяев из числа немцев, которые построили в колонии лютеранский молитвенный дом. [17]

     С ростом населения колонисты Ефингара страдали от малоземелья. Удовлетворить свои земельные потребности можно было путем покупки новых участков на собственные и общественные средства. Однако дискриминационный закон от 3 мая 1882 г. перекрывал евреям доступ к земле. Им запрещалось приобретать землю. Земли, которые они обрабатывали в еврейских земледельческих колониях, не являлись собственностью евреев-земледельцев, они находились у них в бессрочном потомственном пользовании. Немцы-колонисты своим правом покупки новых земель воспользовались, в 1909 г. они основали в 10 верстах северо-восточней Ефингара хутора Ренненкампфа (Ефингарские). [18] В 1917 г. этот населенный пункт назывался Маньчжурия, в начале 1920-х гг. он был переименован в село Шевченко (ныне Баштанского района Николаевской области). [19]

     Несмотря на трудности совместного проживания, немецкие хозяева оказали положительное влияние на ефингарцев. В результате колония развивалась по образцу хорошо организованных немецких фермерских хозяйств.

     Примерно до середины 1860-х гг. власти использовали по отношению к евреям-земледельцам военно-поселенческий метод принуждения. Колонии, по сути дела, на многие десятилетия стали рабством для евреев. За малейшее несоблюдение установленных норм или сроков колонистов подвергали беспощадному наказанию плетями и розгами. Принудительное внедрение новшеств, которые должны были привести к положительным явлениям, как правило, доводили колонистов до отчаяния, а дело - к отрицательным результатам. Одним из таких примеров являлось внедрение в колонии шелководства. Под мощным и безжалостным давлением начальства колонисты создали на берегу Ингула шелковичную рощу. Однако она стала "ненавистной за те страдания, которые на ней и за нее были перенесены колонистами". При первой возможности шелковичная плантация была вырублена. [20]

     По мере внедрения в российскую деревню капиталистических отношений и освобождения евреев-колонистов от деспотизма колониального управления экономическое положение колонии стало улучшаться, а уровень благосостояния ее жителей расти.

     Успехи, достигнутые ефингарцами, отмечались российским правительством. Так, в 1857 г., по ходатайству Попечительного комитета, был награжден "за похвальное исполнение обязанностей раввина, за твердое знание догматов веры и за добрые качества" серебряной медалью на Станиславской ленте раввин колонии Лейзер Сирота. Для получения награды, по закону, раввин должен был внести взнос в размере 15 руб. Однако сделать это сразу раввин не мог, поэтому деньги взыскивались с него в рассрочку. Однако и рассрочка оказалась не по силам. В результате длинной переписки, наконец, Сироте простили недоимку по его бедности. [21], [22] В 1863 г. крестьянин Левин получил денежный приз в 100 руб. Министерства государственных имуществ за высокие урожаи. [23]

     Первоначально колонисты занимались только хлебопашеством. Надельные земли Ефингара засевались в основном пшеницей и рожью. [24] В последующем сфера деятельности ефингарцев постоянно расширялась и охватывала животноводство, огородничество, виноградарство, местную промышленность и торговлю.

     В 1871 г. в Ефингаре был открыт еженедельный базар. "Пятничные базары" прочно вошли в жизнь колонии. Здесь местные жители и крестьяне соседних деревень торговали продуктами питания и товарами первой необходимости. [25]

     Колония располагалась на возвышенном берегу, на песчаном грунте, что обеспечивало чистоту в дождливое время года. В некоторых частях колонии вода находилась на глубине всего 5 сажень. Вблизи от колонии почва состояла из песчаного чернозема, а в степи переходила в глинистый чернозем. [26] Три прямые улицы поднимались терасообразно вверх от реки в гору. Колония со стороны главной дороги начиналась немецким кварталом. Дома немцев вначале выгодно отличались от домов евреев. Они были выкрашены в белый цвет, дворы были ухоженные и огорожены заборами. В еврейских же дворах не было единства во внешнем виде: многие из них были невзрачны, зелени и деревьев почти не было. Но постепенно, по мере освоения сельского хозяйства, еврейские дома и дворы начали преображаться и приближаться к уровню немецких. Скромные сельские домишки евреев стали просторнее и аккуратнее, внутри и снаружи "блиставшие белизной, перед каждым домом каменные невысокие пашколдники". В колонии в большом количестве появились деревья. Они росли не только в усадьбах колонистов, но и территории молитвенных домов. Последнее было делом рук сельского писаря Баркагана, старосты молитвенного дома. Он победил в борьбе с фанатиками, отрицающими возможность древесных насаждений вокруг храма. По сравнению с соседними селами колония отличалась чистотой, уютом и порядком. [27], [28]

     В 1886 г в колонии числилось 1319 наличных душ. При ней было 5374 десятин земли, из них в надельном пользовании - 3002 десятины. На 360 десятинах земли разместились 9 хозяйств немцев-колонистов. [29]

     В 1896 г. в Ефингаре было 2 еврейских молитвенных дома, школа, метеорологическая станция, баня, постоялый двор, 20 лавок, 2 корчмы и винный погреб. В колонии находилась квартира сельского начальника. [30] Быстро росла численность населения. По переписи 1897 г. в Ефингаре проживало 2226 человек, из них 2038 (93,8%) евреев. В 1898 г. в колонии было 267 семейств-земледельцев (1666 наличных душ), у которых имелось 2700 десятин надельной земли, 527 лошадей и 331 корова. По количеству надельной земли на двор Ефингар занимал одно из последних мест среди херсонских еврейских колоний. Земледельцы колонии сеяли пшеницу (46,1%), ячмень (41,5%), рожь, овес, просо и картофель. [31]

     Во время кровавых погромов 1905 г. в колонии был создан отряд самообороны, который предотвратил нападение бандитов на колонию. Повторяющиеся с 1881 г. погромы побуждали колонистов, как и всех евреев Российской империи, к эмиграции. [32]

     Об отъезде своей семьи в Аргентину оставил воспоминания Элимелех Пташный (1879-1947). Семья его родителей не была богатой, но и не бедствовала. В 1891-1892 гг. в Ефингаре узнали, что барон Морис де Гирш занимается созданием еврейских сельскохозяйственных поселений в Южной Америке и оказывает помощь еврейским иммигрантам. Пять семей из Ефингара изъявили желание эмигрировать. Среди них была семья Элимелеха - отец Хаим-Завель Пташный (1861-1820) и мать Шайне (1862-1966). В апреле 1893 г. они уехали из России. Сорок семей из еврейских колоний Херсонской губернии погрузились на судно и отправились из Одессы в Аргентину. [33]

     Не все жители колонии занимались сельским хозяйством, 20% крестьян сдавали землю в аренду своим соседям, а сами занимались кустарным промыслом и мелкой торговлей. [34] В колонии работали продовольственные, мануфактурные и галантерейные магазины, аптека, сапожные мастерские, мельницы, маслобойни, сыроварня, винный завод и завод по производству содовой воды. Эти предприятия обслуживали жителей поселка, а также крестьян близлежащих украинских деревень. В поселке работали ремесленники: портные, сапожники, столяра, кузнецы, строители, печники и др. Уважаемое место занимала сельская интеллигенция: медицинские работники, учителя, служители культа (раввины, резники, хазаны, меламеды) и др.

     Многие десятилетия медицинская помощь в колонии была на примитивном уровне. Самолечение травами в домашних условиях, обращение к безграмотным бабкам и знахарям - вот весь набор медицинской помощи тех времен. В середине XIX в колонии появились фельдшеры и оспопрививатели из местных земледельцев. Архивные документы свидетельствуют об их положительной деятельности и самоотверженности, в первую очередь в борьбе с эпидемиями. [35] В конце века в колонии открылась сельская аптека Федермеера. [36] Сельское общество стало приглашать в колонию вольнопрактикующих врачей. Первым врачом в колонии был Юдка-Лейба Беркович Хасин, окончивший курс медицинских наук в 1889 г. [37] В 1913 г. земство построило в Ефингаре типовую больницу на 10 коек. [38]

     С момента основания колонии образование ограничивалось учебой в хедере (еврейская религиозная начальная школа). В хедеры ходили все мальчики колонии. В них они изучали основы еврейской грамоты и религии. В 1867 г. в Ефингаре учились 100 мальчиков, в следующем году - 90, на что тратилось 500 руб. в год. Деньги распределялись на 10 меламедов, каждый из которых возглавлял хедер с 6-12 учениками. [39]

     Меламеды, преподававшие в хедерах, были, как правило, жителями колонии. Однако считалось, что лучшее образование давали меламеды из Белоруссии или Литвы. Уроженец колонии, знаменитый любавичский хасид Рабби Моше Кнапов (Булгаковер), учился у приглашенного меламеда Ребе (уважительное обращение к меламеду) Хаим-Ице Кугеля из местечка Докшиц Минской губернии. Моше Кнапов вспоминал: "Поскольку Ребе Хаим-Ице оставался в Булгакове в течение полного учебного года, он столовался в течение двух недель в семье каждого ученика. Ученик, чья очередь наступала, приносил завтрак Ребе в хедер. На обед Ребе Хаим-Ице направлялся с мальчиком в его дом. Никто не был богат, но никогда не было проблемы прокормить в течение двух недель дополнительный рот. Люди жили за счет земли, и продовольствия всегда хватало. Например, моя семья, в которой было десять детей, была очень бедна, но, слава Б-гу, мы всегда имели еду". [40]

     Знавших русскую грамоту в колонии до 1860-х гг. практически не было. Первая школа для первоначального преподавания русского языка, арифметики, еврейского языка и законов веры в колонии открылась в 1867 г. Действительный статский советник К.А. Петерсон, проводя инспекцию еврейских колоний, сообщал, что школа в Ефингаре помещалась "очень тесно"; учил в ней 20 мальчиков и 18 девочек еврей Коган, кончивший курс в херсонском казенном еврейском училище, "серьезно смотревший на педагогию". Ученики и ученицы его "хорошо читали и писали по-русски и объясняли недурно прочитанное". С 9:00 до 10:30 он учил начинающих азбуке; с 10:30 до 12:00 - занимался с более продвинутыми мальчиками; с 2:00 до 4:00 пополудни - учил девочек. [41] В 1880 г. в русской школе учились всего 10 мальчиков и 16 девочек. [42]

Карта
Школа колонии Ефингар

     В 1903 г. в Ефингаре открылось новое еврейское двухклассное общеобразовательное училище (школа), с четырехлетним начальным обучением. Обучение велось двумя учителями, причем каждый — в двух классах (1 и 2, 3 и 4) одновременно. Газета "Восход" писала, что в колонию Ефингар прибыл управляющий государственными имуществами по Херсонской губернии С.Н. Сомов с комиссией по приему нового здания училища. Здание, рассчитанное на 120 учеников, обошлось казне в 9000 руб. Чтобы уменьшить расходы казны, колонисты в ходе строительства занимались перевозкой стройматериалов. Особо отмечалось, что, несмотря на то, что школа рассчитана на 120 учеников, она сразу оказалась недостаточной, т.к. детей школьного возраста в колонии набиралось около трехсот. [43] Несмотря на трагические события в истории колонии, здание школы сохранилось до наших дней

     В 1907 г. учебой (без учета хедеров) были охвачены 70,9% детей колонии, тогда как в Херсонской губернии в школах училось только 44,1% детей школьного возраста. В 1912 г. открылось еще одно двухклассное училище. [44], [45] Параллельно со школами продолжали работать хедеры. Практически все мужское население колонии владело еврейской грамотой. Росло число грамотных по-русски.

     В 1905 г. в школу пришел молодой учитель Владимир Соломонович Лисанский (Лисянский). Он родился в 1886 г. в Бериславе. Лисанский проработал в Ефингарской школе свыше 35 лет. 1906 г. Лисанский организовал в зимний период занятия для взрослых, на которых обучались грамоте 30 человек, в основном женщины. В этом же году Лисанский создал общественную русско-еврейскую библиотеку-читальню, которая содержалась на членские взносы и частные пожертвования. Библиотека стала очагом культуры в колонии. В ней было много классической русской и еврейской литературы, ее посещали многие жители колонии. Лисанский, хорошо знавший состояние дел в колонии, часто представлял ее на различных съездах и совещаниях евреев-колонистов. [46], [47]

     Практически все население было религиозно. "Большинство евреев в колонии причисляло себя к любавичским хасидам, так же как и в других колониях, основанных при участии Миттелер Ребе. Они были простые люди, которые работали на земле и жили в двух тысячах километрах от Ребе. Вещи, которые делали их любавичскими, состояли в том, что они молились согласно правилам Аризала, узлы их тфилим были повязаны согласно хабадской традиции, и они жертвовали деньги любавичскому эмиссару, который прибывал для сборов пожертвований один раз в год". [48]

     Перед Первой мировой войной колония имела достаточно стабильное экономическое положение, высокий уровень товарности хозяйств и использования новинок агрономии и сельхозтехники. Количество населения достигло максимума, в 1912 г. в колонии было 2835 жителей, из них 2430 евреев (85,7%). [49]

     Ефингарцы, как и другие евреи России, принимали участие в войнах, которые вела Российская империя. Не была исключением и Первая мировая война, начавшаяся летом 1914 г. Патриотический подъем, охвативший Россию в начальный период войны, не оставил в стороне и евреев Ефингара. В местной синагоге при большом количестве народа был отслужен молебен о драгоценном здоровье Их Императорских Величеств и о дарении победы российским войскам над врагом. Был составлен приговор об отчислении в пользу раненых и искалеченных воинов из мирских сумм 10 тыс. руб. [50]

     Однако затянувшаяся на годы Первая мировая война значительно ухудшила положение колонистов. Многие мужчины Ефингара были мобилизованы в армию. Из-за недостатка рабочих рук сократились посевные площади, уменьшилось поголовье скота, пришла в упадок местная промышленность, уменьшилось население колонии. В это же время колония получила пополнение за счет беженцев и депортированных евреев из прифронтовой полосы. Так, в 1915 г. в Ефингаре было размещено 37 семей (161 человек). 36 детей из этих семей стали учиться в ефингарских школах. На содержание переселенцев было израсходовано 5975 руб., выделенных еврейскими благотворительными организациями Николаева. [51]

     Перед революцией, в 1916 г., в Ефингаре проживало 2354 человека (1054 мужчин и 1300 женщин), количество хозяйств составляло 443 двора, насчитывалось 4495 десятин земли. [52] В колонии выращивали пшеницу, (ее средняя урожайность составляла 8 пудов с десятины), а также ячмень, овес и др. Главной тягловой силой были лошади, которых до революции было примерно тысяча. Такое же количество было коров, имелось множество птицы. В 1915 г. менее 5 десятинами владело 150 дворов, от 5 до 10 десятин - 160 дворов, от 10 до 35 десятин - 95 дворов. Производимые в хозяйствах масло и творог были высокого качества и, несмотря на относительно высокую стоимость, пользовались большим спросом как у местного населения, так и в городах. [53]

     После Октябрьской революции в стране разразилась Гражданская война. Власть переходила из рук в руки. В эти годы колония часто подвергалась погромам, в результате которых она была разграблена и разрушена. Население бежало и пряталось в плавнях. Кроме многочисленных банд, враждебно вели себя жители соседних сел и деревень. С ними справлялась ефингарская самооборона. В сентябре 1919 г. в соседней Полтавке (с 1928 г. Баштанка) повстанцы образовали Баштанскую республику. 12 ноября 1919 г. Баштанская республика была разгромлена войсками деникинского генерала Я. Слащова. Уцелевшие повстанцы отступили к Ефингару. Староста колонии Х. Шустер и колонисты приняли повстанцев. Очень быстро колония стала главной базой нового партизанского отряда братьев Тур. В отряд начали прибывать крестьяне. Помощь братьям Тур оказывали местные большевики Гебель, Шмулевич, Литман, Тышковский. 27 декабря 1919 г. партизаны отправились в Полтавку, чтобы выбить оттуда "кулацкую самооборону". Ночной бой на улицах Полтавки продолжался четыре часа и закончился победой партизан. Однако в это время подоспевшие деникинцы окружили Полтавку. П. Туру с несколькими бойцами удалось пробиться на восток, а И. Тур, оказавшись в окружении белогвардейцев, застрелился. Остаткам повстанческого отряда во главе с П. Туром удалось вернуться в Ефингар. Повстанцы продолжали борьбу с деникинцами еще долгий зимний месяц. 26 января 1920 г. части Красной армии взяли Полтавку, в Ефингаре установилась Советская власть. [54]

     Сразу после Гражданской войны на Юге Украины разразился страшный голод, главными причинами, которого являлись продразверстка, как одно из мероприятий политики "военного коммунизма", и неурожай 1921-1922 гг. Голод не обошел стороной и еврейскую колонию Ефингар. В начале сентября 1922 г. в колонии, при признанных 1130 голодающих, было 68 заболевших и 9 смертных случаев. Созданные для помощи голодающим пищепункты были закрыты из-за отсутствия продуктов, а население было "обречено на неминуемый голод". Ранее в неурожайные годы ситуацию спасали продовольственные резервы и наличие общественных фондов. Но отсутствие кормовых и продовольственных запасов, изъятых советской властью, поставило крестьянство в чрезвычайные условия, усугубленные предшествующим разорением. [55]

     В результате Гражданской войны и голода 1921-1923 гг. колония и ее хозяйство были разрушены. Многие жители погибли от рук погромщиков, умерли от голода и эпидемий. Другие, спасаясь от погромов, ушли в большие города или покинули страну. Оставшиеся были покалечены и разорены. Десятки детей остались сиротами. Для их спасения от голодной смерти с помощью еврейских благотворительных организаций в колонии открыли пункт питания и детский дом. Занятия в детском доме в первое время не проводились из-за отсутствия учителей. Стояла задача - спасти детей от голодной смерти. После этих трагических событий численность населения Ефингара стала расти и составила в конце 1926 г. 1684 человек (753 мужчин и 931 женщин). [56] Однако она была ниже уровня 1916 г. на 28.5%.

     В первые годы советской власти в колонии был организован комитет "незаможних селян" (неимущих крестьян) и созданы коммунистическая и комсомольская ячейки. Наряду с ними в колонии в 1920-х гг. действовали сионистские организации. Задачей сионистов в Ефингаре являлось "проведение среди еврейского населения антисоветской агитации, направленной на дискредитацию и срыв мероприятий, проводимых Коммунистической партией и советской властью, прививание еврейскому населению националистических чувств, организацию еврейского населения для выезда из СССР в Палестину". Сионисты Ефингара вели активную агитацию среди населения колонии против коллективизации. Они считали, что раскулачивание приведет страну к обнищанию и голоду, высказывалась о невозможности создания еврейской автономии на территории СССР. В сионистскую организацию колонии Ефингар входили: Израиль Зельманович Хидекель (Хидокель), Лев Григорьевич Крупник, Аба Григорьевич Пташный, Кива Борисович Винник, Григорий Хаимович Гуткин (Гудкин), Шмуель Борисович Форберг, Янкель Лейбович Пинтус, Володя Исаакович Геллер, Шабса Гильевич Гильман, Соня Винник, Эття Григорьевна Шухман, Мотя Владимирович Боград, Абба Флойвелович Шустер, Мендель Моисеевич и Лиза Елинбаум, Калман Исерович Загорский, Мотя Ганкин (Ганькин), Лея (Нея) Гилевна Гильман, Ева Шуфман и Давид Нахманович Твердовский. Руководил организацией Шмерл Нахманович Гершов. Члены организации были арестованы и высланы в отдаленные места страны. Некоторым из них в конце концов удалось выехать в Палестину. [57] Несмотря на активную работу сионистов их влияния на население было незначительным, большинство жителей Ефингара поддерживало советскую власть и ее идеологию.

      Интересно сложилась судьба Твердовского Д.Н. (1906-1968). После ареста и ссылки, в 1931 г. он с семьей прибыл в Палестину. Уже после создания государства Израиль Твердовский написал на идиш и опубликовал в израильском литературном журнале "Di Goldene Keyt" (на идиш "Золотая цепь") рассказ "В степи". В рассказе описывается поездка его деда Моше, который усадив своих внуков в телегу, вывез их, чтобы посетить поля колонии вечером перед Пасхой (чтобы не мешать бабушке подготовить церемонию пасхального седера). Во время поездки дед Моше рассказал внукам историю колонии и трудности первых поселенцев. Рассказ был удостоен специального приза журнала.

     С помощью международных еврейских благотворительных организаций колония быстро восстанавливалась. В 1920 г. в Ефингаре открылись волостная мастерская по ремонту сельхозинвентаря и машин, кузница, столярная и шорная мастерская, в 1923 – маслозавод. В 1922 г. в колонисты имели в пользовании 2700 дес. надельных, 900 запасных, 990 усадебных земель. Быстрыми темпами стала развиваться кооперация. В 1926 г. действовали 5 сельскохозяйственных артелей: Ефингарская первая, вторая, третья, четвертая и пятая. Они объединяли 381 хозяйство с общей численностью населения 1779 человек. [58]

     В 1924 г. на всеукраинском конкурсе сельского хозяйства колония была отмечена премией в 250 руб. за объединение в сельскохозяйственном товариществе более 2/3 общего числа хозяйств, за случный и прокатный пункты и за культурные достижения. [59]

     Учитывая компактное проживание евреев в селе Ефингар в 1925 г. был образован еврейский национальный сельский совет. Руководил сельсоветом в то время Файвел Лейбович Левин. [60]

     В 28 января 1926 г. в колонии начало действовать сельскохозяйственное потребительское общество "Выгода", которое занималось выпечкой хлеба в обмен на товары и сельскохозяйственные продукты. Работала мельница П. Гарбмана (Горбмана), сельскохозяйственное кредитно-кооперативное общество, куда входило 499 человек, а оборот в 1926–1927 гг. составлял 539 185 руб. 49 коп. Обществом в 1926 г. было заготовлено 13 657 пудов зерна. [61] В 1927 г. было создано первое в Ефингаре машинно-тракторное товарищество, включавшее 5 хозяйств, из которых 2 бедняцких и 3 середняцких. [62] К весне 1929 г. в колонии организовалось 7 товариществ по совместной обработке земли, которые вошли в Баштанскую тракторную колонну. [63] С 1928 г. работали амбулатория с родильным отделением и аптека. [64]

     Начавшаяся в 1929 году коллективизация, как и по всей стране, в Ефингаре шла принудительно и сопровождалась раскулачиванием части крестьян и репрессиями. Крестьяне, признанные "кулаками", выселялись из села целыми семьями, включая детей, а их имущество было продано "с молотка". В доме раскулаченного Хаима Червинского разместился сельский совет. Были созданы два колхоза: им. М. Ракоши и им. В.М. Молотова. Первым председателем колхоза им. Ракоши был Мойше-Ица Гуревич. Этот колхоз был одним из самых известных и богатых в Николаевской области. Перед войной председателями колхозов и сельского совета были Зуска Гройсман, Матвей Светлица и Шмилек Райхельгауз. [65]

     Тяжелейший ущерб еврейским колхозам Ефингара, как и всему крестьянству Украины, нанес голодомор 1932-33 гг. Летом в 1932 г. сбор урожая сопровождался тотальным контролем со стороны властей. В постановлении Баштанского райкома КП(б)У, от 9 июня 1932 г. отмечалось: "...Дирекция МТС и партийные ячейки не обеспечили выполнения директив CНК относительно охраны посевов, в результате чего по некоторым сельсоветам: Н. Ивановка, Баштанка, Горожено, Н. Александровка, Ефингар, Явкино выявлены случаи срезания колосков. Предупредить помощников директоров МТС и секретарей партийных ячеек и предложить немедленно усилить охрану урожая. Чтобы прекратить кражи хлеба, бюро РПК, предлагает весь учет урожая положить на бригаду, в частности на бригадира. Установить следующий порядок. По окончании работы бригадир на ночь оставляет члена бригады, которому по счету передаются под охрану копны и снопы. Каждое утро бригадир проверяет наличие хлеба (копн и снопов) на участке. Обязать дирекцию МТС после косовицы образовать по всем колхозам комиссии для проверки качества сбора урожая и приема поля от бригадиров". [66] Так стерегли хлеб от людей, которые в то же время умирали от голода. Голодомор сопровождался репрессиями "за разворовывание колхозного имущества". За горсть пшеницы, взятой для голодных детей, Особым совещанием был приговорен к 3 годам каторги колхозник Шмуль Фарбер. [67]

     В результате борьбы советской власти с религией в конце 1920-х гг. в селе закрыли синагогу и молитвенный дом. В здании синагоги открылся клуб. Последний молитвенный дом, раввином которого был Шнеер Токаревич, закрыли в 1938 г. Легальная религиозная деятельность в колонии прекратилась. [68]

     Пережив тяжелые времена, ефингарские колхозы постепенно превратились в относительно крепкие по тем временам хозяйства. В них были построены скотный двор, две конюшни, телятник, молочно-товарная ферма; имелись виноградник и огородное хозяйство. [69] Колхозы занимались выращиванием зерновых, хлопка, овощей, винограда и бахчевых культур. Кроме того, было развито животноводство (крупный рогатый скот и овцы). Знаменитыми на весь район были первый председатель колхоза Мойше-Ица Гуревич, бригадир овощеводов орденоносец Иссер Гуревич, бригадир-тракторист Майор (Меир) Пятигорский, первый тракторист колонии Мордух Исаакович (Ицкович) Рабкин, директор фермы Иосиф Давидович Коршов. [70]

     После запустения в годы Гражданской войны и голода в Ефингаре вновь открылись две начальные школы. В 1924 г. в них обучалось 160 учащихся и работало четыре педагога. В детском доме воспитывались 29 детей и работало два педагога. В 1926 г. в Ефингар перевели детский дом соседней еврейской колонии Добрая и объединили его с Ефингарским. В колонии работал ликбез, в котором грамоте обучалось 58 человек. [71], [72] В 1928 г. начальные школы были преобразованы в еврейскую трудовую семилетнюю школу (251 учащихся). [73] Преподавание в школе велось на языке идиш, русский язык преподавался как отдельный предмет. В эту школу ходили все сельские дети, включая украинцев и немцев. В 1938 г. национальные школы было признаны рассадниками "буржуазно-националистического влияния на учащихся". С 1939 г. школа в Ефингаре была преобразована в русскую. Директором школы был В.С. Лисанский. 4 мая 1939 г. Указом Президиума Верховного Совета СССР "за выдающиеся успехи в деле школьного обучения и советского воспитания детей, за отличную постанову учебной работы и активное участие в общественной жизни". Лисанский был награжден высшей наградой страны - орденом Ленина. Его жена, Лея Лазаревна Загорская, работала завучем и преподавала русский язык. В 1925 г. она была делегатом первого Всесоюзного учительского съезда. [74], [75] Учителями были Гиня Львовна Баскина, Шева Абрамовна Гольцман, Хана Ильинична Кроль, Циля Исааковна Рабкина, Маша Завелевна Райхельгауз, Моисей Харитонович (Хацкелевич) Чапковский и др. Школа принимала активное участие в общественной жизни села. В плавнях под руководством В.С. Лисанского учениками был посажен фруктовый сад. Фрукты из сада реализовывали, а деньги использовали на нужды школы. [76]

     С началом Великой Отечественной войны все военнообязанное мужское население было призвано в армию. На фронтах сражались 119 жителей Ефингара, из них 50 погибли, 86 человек награждены орденами и медалями. [77]

     В августе 1941 г. немецкие войска стремительно приближались к колонии. За несколько дней до прихода немцев были эвакуированы подростки предпризывного возраста, транспортные средства и колхозный скот. Некоторые семьи эвакуировались самостоятельно. Однако организовать массовую эвакуацию Ефингарскому сельсовету и руководству колхозов не удалось.

     О крайне напряженных условиях эвакуации скота из Ефингара вглубь страны оставила воспоминания Татьяна (Туба) Иосифовна Пасик (Коршова). "Руководить эвакуацией скота было поручено моему отцу Коршову И.Д. На момент эвакуации мне было 17 лет. 5 августа 1941 г. мы простились с родственниками и друзьями и вышли из Ефингара. С нами было примерно 20 погонщиков и доярок. Мы должны были перегнать стадо в 200 голов к Днепру, переправить через реку и сдать его районному уполномоченному. В эти тяжелые дни никто не обратил внимания на то, что среди погонщиков не было ни одного еврея. В основном это были немцы из нашей колонии. Почему нам дали такое сопровождение не могу понять по сегодняшний день. Может потому, что ферма находилась в немецкой части колонии и там преимущественно работали немцы. Может, потому что евреи-мужчины находились на фронте, а немцев не мобилизовывали. Может, были другие причины, о которых я не знаю. Но ясно одно, что была упущена возможность спасения еще некоторого количества еврейских семей. Путь наш, несмотря на относительно небольшое расстояние до Днепра, был долог. По дорогам шли беженцы вперемежку с отступающими воинскими частями. Люди, техника, телеги, скот медленно двигались на восток. Немецкая авиация бомбила и обстреливала дороги из пулеметов. Обезумевшие животные разбегались. Требовались большие усилия, чтобы собрать распуганных коров и идти дальше. Иногда удавалось послушать радио. Передавали плохие новости: о сдаче городов и населенных пунктов. Настроение у всех было тревожным. С каждым днем погонщиков становилось все меньше. Они бросали стадо и возвращались домой. Наш ветеринар Яхник говорил отцу: "Посмотри вокруг. Война проиграна. Надо все бросить и возвращаться". На следующий день исчез и Яхник (после войны он был осужден за пособничество оккупантам на 10 лет). По дороге встречали наших соседей - новополтавских и добринских евреев. Они возвращались домой, потеряв надежду переправиться через Днепр. Мы продолжали двигаться к Днепру и наконец прибыли к переправе у Берислава. Отец бросился искать районное начальство. В это время исчезли последние погонщики. Отцу повезло, он нашел ответственных за эвакуацию районного скота Исаева и Матвеева. Стали ждать очереди на переправу. Паника усиливалась. Говорили, что вот-вот откроют шлюзы и все затопят. После долгого ожидания пришла наша очередь. Переправлялись на пароме, лодках и вплавь. Потом опять возвращались и переправляли следующую партию. Наконец переправили все стадо. Только теперь отец получил справку о сдаче скота и мы были свободны". [78]

     Немцы вошли в колонию 12 августа 1941 г. Самый страшный день в истории колонии наступил 10 сентября 1941 г. В этот день фашистские оккупанты и полицаи во главе с начальником районной полиции Е.Д. Руденко при участии местных жителей, прежде всего немцев (фольксдойче), [79] согнали всех евреев в школу и оттуда погнали их в песчаный карьер, который находился в нескольких километрах от села. Там нацисты расстреляли 521 человек, в том числе 377 детей, - все еврейское население Ефингара, по разным причинам оказавшиеся под властью гитлеровских оккупантов. Эта цифра подтверждается 488 евреями, включенными в составленный сельсоветом в 1944 г. список евреев колонии Ефингар, расстрелянных 10 сентября 1941 г. [80] Никому, из находившихся в то время в колонии евреев, спастись не удалось. В этот трагический день закончилась история еврейской земледельческой колонии Ефингар.

     Красная армия освободила Ефингар 14 марта 1944 г. В 1946 г. Ефингар Баштанского района Николаевской области переименовали в село Плющевка [81], стерев с карты его еврейское название. Последним евреем-председателем колхоза уже в селе Плющевка был фронтовик Хаим (Ефим) Иосифович Коршов, направленный для укрепления колхоза из Николаева в соответствии с решением ЦК партии. [82]

     После войны вернувшиеся с фронта мужья, отцы, сыновья и братья погибших стали добиваться разрешения перезахоронить своих родных в селе и поставить им памятник. Но не так просто это было сделать. Везде на их просьбы поступали отказы. И только благодаря настойчивости ефингарцев, которые непосредственно обратились в Верховный Совет СССР, разрешение было получено. [83]

     Перезахоронение расстрелянных ефингарцев описала в своей книге "Из жизни врача" (Нью-Йорк, 2001) Ирина Геллер, уроженка колонии. Когда в Константиновке, где происходил расстрел фашистами ефингарцев, в присутствии родственников вскрыли песчаный грунт, многие увидели и узнали сохранивших свой облик в песке, как в консерванте, родственников и близких. Кто-то узнал свою жену и ребенка, сидевшего на ее руках и прижимавшегося к материнской груди. Один из приехавших на кладбище в матросской тельняшке опознал свою сестру-школьницу с заплетенными косичками и потерял сознание. Молодая мать держала в руках молочную бутылочку с истлевшей соской, а рядом лежал ее годовалый ребенок. Тут же нашли мать в обнимку с дочерью-десятиклассницей. В них узнали Добу и Хаюсю Боград. Раввина Токаревича фашисты подвесили за бороду и сожгли живым, а его сына-художника заставили рисовать горящего отца. Сына раввина, потерявшего разум, тут же расстреляли. [84]

Ефингар
Ейлик и Йосл Кригеры у памятника погибшим ефингарцам. 1990 г.

     В 1953 г. на средства ефингарцев в селе, на месте перезахоронения останков жертв, был открыт памятник. На нем надпись: "Здесь похоронены жертвы немецко-фашистского варварства, убитые 10 сентября 1941 г. в количестве 521 человека". Ежегодно, во второе воскресенье сентября, родные и близкие приезжают почтить память погибших евреев Ефингара - невинных жертв Холокоста.

     В колонии Ефингар родились:
     Лейтес Лев Рафаилович, 1891 г.р., врач-уролог, профессор.
     Шор Исаак (Isaac Schour) (1900-1964, США), президент международной ассоциации стоматологических исследователей в 1941-1942 гг., доктор наук.
     Аржанов Михаил Александрович (1902-1960), член-корреспондент по отделению общественных наук (право).
     Шойхет Роман (1931-1993), еврейский журналист и писатель, член Союза писателей России.

     Литература:

1. Никитин В.Н. Евреи земледельцы. Историческое, законодательное, административное и бытовое положение колоний со времени их возникновения до наших дней. 1807-1887 г., С. Петерб. 1887 г. С. 8-14.
2. Флисфедер Д.И. Еврейский вопрос пред судом истории. Москва. Книга по требованию. 1882. С. 168.
3. Никитин В.Н. Евреи земледельцы. С. 70.
4. Там же. С. 32.
5. Боровой С.Я. Еврейская земледельческая колонизация в старой России. М., Издание Сабашниковых, 1928, С. 57.
6. Никитин В.Н. Евреи земледельцы. С. 52.
7. Боровой С.Я. Еврейская земледельческая колонизация в старой России. С. 69.
8. Лернер О.М. Евреи в Новороссийском крае. Исторические очерки. Одесса, 1901. С. 84.
9. Israel Bartal. Farming the land on three continents: Bilu, Am Oylom, and Yefe-Nahar. Jewish History 21, 3-4 (2007), pp. 250-251.
10. Никитин В.Н. Евреи земледельцы. С. 277-278.
11. Списки населенных мест Херсонской губернии (по сведениям 1859), Санкт-Петербург, 1868.
12. Боровой С.Я. Еврейская земледельческая колонизация в старой России. С. 175-176.
13. Штах Я. Очерки из истории и современной жизни южнорусских колонистов. Москва. 1916. С. 169.
14. Южаков С.Н. Социологические этюды. М. Астрель. 2008. С. 772.
15. Никитин В.Н. Евреи земледельцы. С.475-476.
16. Блюменфельд И. Письма о херсонских еврейских колониях. Письмо пятое. // Учено-литературный и политический журнал Восход. Август 1892. С. 7.
17. Шитюк М.М., Щукін В.В. Єврейське населення Херсонської губернії в XIX - на початку XX століть. Миколаїв, Видавництво Iрини Гудим, 2008. С. 95.
18. Список населенных мест Херсонской губернии. (По данным Всерос. сел.-хоз. переписи 1916 г.). Александрия: Херсонская губ. земск. управа (Тип. Ф.Х. Райхельсона). C. 121.
19. Государственный архив Николаевской области. Ф. 239, оп. 3, д. 45, л. 5; ф. Р-985, оп. 1, д. 946, л. 47.
20. Южаков С.Н. Социологические этюды. М. Астрель. 2008. С. 772.
21. Государственный архив Одесской области. Ф. 6, оп. 2, д. 14291, 1851-1857 гг.
22. Никитин В.Н. Евреи земледельцы. С. 508.
23. Там же. С. 537.
24. Фельдман Д.З. Страницы истории евреев России XVIII-XIX: Опыт архивного исследования. М., Древлехранилище, 2005. С.309.
25. Постановления Херсонского уездного собрания созыва 1871 г. с приложениями. Херсон. 1872. С. 25.
26. Боровой С.Я. Еврейская земледельческая колонизация в старой России. С. 49.
27. Блюменфельд И. Письма о херсонских еврейских колониях. Письмо пятое. // Учено-литературный и политический журнал Восход. Август 1892. С. 6.
28. Блюменфельд И. По колониям Херсонского уезда. Факты и мысли // Учено-литературный и политический журнал Восход. Декабрь 1894. С. 17.
29. Попечительство над свободными сельскими обывателями. Приложение 11 к с. 205 // Историческое обозрение пятидесятилетней деятельности министерства государственных имуществ 1837-1887. Часть 2. СПб. 1888. С. 197.
30. Список населенных мест Херсонской губернии и статистические данные о каждом поселении. Херсон, 1896.
31. Еврейская энциклопедия Брокгауза и Ефрона (1908-1913).
32. Шайкин И.М. Плющевка // Российская Еврейская Энциклопедия
33. Emilio Pitashny. Memories. // Электронный ресурс: http://efingar.org/EMILIO%20PITASHNY%20%20Memories%20FINAL.pdf
34. Там же.
35. Шайкин И.М., Сидоренко А.Е. Лечебница в степи (История Березнеговатской больницы). К., 1997. С. 7.
36. Российский медицинский список, изданный медицинским департаментом министерства внутренних дел на 1890 год. С.-Петербург. 1890. С. 114.
37. Российский медицинский список, изданный медицинским департаментом министерства внутренних дел на 1896 год. С.-Петербург. 1896. С. 289.
38. Щукин В. Здравоохранение и медицинское обслуживание в еврейских земледельческих колониях Херсонской губернии в XIX – начале XX вв. // Труды по еврейской истории и культуре: Материалы XXI Международной ежегодной конференции по иудаике: Академическая серия: Выпуск 50. М., 2014. С. 141-142.
39. Шитюк М.М., Щукін В.В. Єврейське населення Херсоньскої губернії в XIX - на початку XX століть. С. 131.
40. Из воспоминаний раввина Моше Кнапова (Reminiscences - Rabbi Moshe Knapov 8/18/99) // Электронный ресурс: http://www.evkol.ucoz.com/m_knapov.htm
41. Никитин В.Н. Евреи земледельцы. С. 602.
42. Там же. С. 654.
43. Щукин В. Школы в еврейских земледельческих колониях Херсонской губернии в XIX — начале XX вв. / Научные труды по иудаике. Материалы XX международной ежегодной конференции по иудаике. Том 2. Академическая серия. Выпуск 46. Москва. 2013. С. 69.
44. Шайкин И.М. Плющевка.
45. Шитюк М.М., Щукін В.В. Єврейське населення Херсоньскої губернії в XIX - на початку XX століть. С. 143.
46. Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ). Картотека персонального учета лиц, награжденных государственными наградами СССР и РСФСР.
47. Село Плющівка (Єфінгар). Історія села // Электронный ресурс: http://bashtanka.mk.gov.ua/ua/organi/plyusch/1337242593/
48. Из воспоминаний раввина Моше Кнапова.
49. Шайкин И.М. Плющевка.
50. Гриневич Е.В. Херсонская губерния на страницах еврейской периодической печати (конец XIX - нач. XX вв.) // Історичні мідраші Північного Причорномор'я. Випуск ІІ. Миколаїв: Типографія Шамрай, 2013. С. 121.
51. Щукин В.В., Павлюк А.Н. Земляки. Очерки истории еврейской общины города Николаева (конец XVIII – начало ХХ вв.). Николаев, Издательство Ирины Гудым, 2009. С. 198-200.
52. Список населенных мест Херсонской губернии. (По данным Всерос. сел.-хоз. переписи 1916 г.). С. 133.
53. Гриневич Е. Еврейские адреса Николаева // Сборник документов и материалов "Еврейское наследие на Николаевщине". Т. 1. Николаев, Атолл, 2004. С. 38.
54. Котляр Ю.В. Селянські республіки Півдня України: до проблеми державотворення // Наукові праці МДГУ 2007. Випуск: 56. Том: 69. С. 26.
55. Козырева М.Э. Международная помощь голодающим на Юге Украины в 1921 – 1923 гг.: национальный компонент // Вісник ЛНУ імені Тараса Шевченка № 6 (241), Ч. 1, 2012. С. 120-121.
56. Населенные пункты Николаевского округа по переписи 17 декабря 1926 г. Издание окружного статистического бюро. 1927. С. 38.
57. Ташлай Л., Дорошенко В. Звинувачуються у сіонізмі. Девятые Запорожские еврейские чтения. Запорожье. 2005. С. 175-176.
58. Село Плющівка (Єфінгар). Історія села.
59. Мучник А.М. Южные земледельческие колонии: 1916-1922 гг. Мигдаль, 2008. (Электронный ресурс: http://www.migdal.ru/migdal/events/science-confs/6/17473/)
60. Чорна Л.О. З історії місцевого самоврядування (за архівними документами) // Электронный ресурс: http://bashtanka.pp.net.ua/publ/z_istoriji_miscevogo_samovrjaduvannja_za_arkhivnimi_dokumentami/179-1-0-1549
61. Котляр Ю. Образование и культура сельского еврейского населения Юга Украины в первой трети ХХ века. // Электронный ресурс: http://www.judaica.kiev.ua/Conference/Conf2002/Conf51-02.htm
62. Сборник документов и материалов "Еврейское население на Николаевщине". Том 2, Николаев, Атолл, 2004. С. 78.
63. Тракторная колонна в Ефингаре // Трибуна. №9. 1 мая 1929. С. 25.
64. Шайкин И.М. Плющевка.
65. Коршов Х.И. Устные воспоминания.
66. Баковецька О. Голодомор 1932-33 років – регіональний аспект (на матеріалах Баштанського району Миколаївської області) // Історична панорама: Збірник наукових статей ЧНУ. Спеціальність "Історія". Чернівці: Чернівецький нац. ун-т, 2009. С. 34.
67. Гриневич Е. Голодомор 1932-1933 гг. и еврейское население Николаевщины, Матеріали конференції 6-28 серпня 2003 р. Київ // Электронный ресурс: http://www.judaica.kiev.ua/Conference/Conf2003/07.htm
68. Коршов Х.И. Устные воспоминания.
69. Шайкин И.М. Плющевка.
70. Коршов Х.И. Устные воспоминания.
71. Доклад еврейской секции Николаевской окружной инспектуры наробраза о проделанной работе. 3 июля 1924 // Сборник документов и материалов "Еврейское население на Николаевщине". Том 2, Николаев, Атолл, 2004. С. 71.
72. Гриневич Е. Деятельность еврейских учебных заведений Николаевщины в 20-30-е годы ХХ столетия. Доля єврейських громад центральної та східної Європи в першій половині ХХ століття // Матеріали конференції 6-28 серпня 2003 р., Київ (Электронный ресурс: http://www.judaica.kiev.ua/Conference/Conf2003/50.htm)
73. Шайкин И.М. Плющевка.
74. ГАРФ. Картотека...
75. Плющевка. История городов и сел Украинской ССР. Николаевская область.
76. Коршов Х.И. Устные воспоминания.
77. Плющевка. История городов и сел Украинской ССР.
78. Пасик Татьяна Иосифовна. Воспоминания об эвакуации // Архив автора.
79. Миколаївщина в роки Великої Вітчизняної війни: 1941 – 1944 (До 60-річчя визволення області від німецько-румунських окупантів) / Шитюк М.М., Багмет М.О., Горбуров Є.Г. та ін. Миколаїв: Квіт, 2004. С. 258.
80. Списки евреев-земледельцев Херсонской губернии // Электронный ресурс: http://www.evkol.ucoz.com/list_kherson.htm.
81. Указ Президії Верховної Ради Української РСР від 7.6.1946 "Про збереження історичних найменувань та уточнення і впорядкування існуючих назв сільських Рад і населених пунктів Миколаївської області"// Відомості Верховної Ради УРСР, 1947, № 7—8, с. 50—57 Видання: Київ: 1946.
82. Коршов Х.И. Устные воспоминания.
83. Там же.
84. Геллер И. Из жизни врача. Нью-Йорк, 2001.

09-08-2003    
Последняя модификация: 01-12-2019    


Замечания, предложения, материалы для публикации направляйте по адресу:     y.pasik@mail.ru
Copyright © 2005