Еврейские земледельческие колонии Юга Украины и Крыма


 
·  
История еврейских земледельческих колоний Юга Украины
 
·  
Колонии Херсонской губернии
 
·  
Колонии Екатеринославской губернии
 
·  
О названиях еврейских колоний
 
·  
Частновладельческие еврейские колонии Херсонской губернии
 
·  
Религия и еврейские земледельческие колонии
 
·  
Юденплан
 
·  
Погромы в годы Гражданской войны
 
·  
Еврейские национальные административные единицы Юга Украины (1930 г.)
 
·  
Калининдорфский еврейский национальный район
 
·  
Сталиндорфский еврейский национальный район
 
·  
Новозлатопольский еврейский национальный район
 
·  
Отдельные еврейские земледельческие поселения Юга Украины, основанные в 1920-1930 гг.
 
·  
Еврейские поселения в Крыму (1922-1926)
 
·  
Еврейские населенные пункты в Крыму до 1941 г.
 
·  
Фрайдорфский и Лариндорфский еврейские национальные районы
 
·  
История отдельных колоний
 
·  
Катастрофа еврейского крестьянства Юга Украины и Крыма
 
·  
Воспоминания, статьи, очерки, ...
 
·  
Списки евреев-земледельцев Херсонской губернии
 
·  
Списки евреев-земледельцев Екатеринославской губернии
 
·  
Воины-уроженцы еврейских колоний, погибшие, умершие от ран и пропавшие без вести в годы войны
 
·  
Жители еврейских колоний - жертвы политических репрессий
 
·  
Контакт

 
·  
Colonies of Kherson guberniya
 
·  
Colonies of Ekaterinoslav guberniya
 
·  
The Jewish national administrative units of South Ukraine (1930)
 
·  
Kalinindorf jewish national rayon
 
·  
Stalindorf jewish national rayon
 
·  
The Jewish settlements in Crimea (1922-1926)
 
·  
The Jewish settlements in Crimea till 1941
 
·  
Fraydorf and Larindorf Jewish national rayons



Яков Пасик        

Уникальная история спасения евреев в селе Благодатное

     Впервые информация о спасении 32 евреев в оккупированном украинском селе Благодатное Криничанского района Днепропетровской области появилась в "Черной книге", составленной и литературно обработанной коллективом советских журналистов под руководством Ильи Эренбурга и Василия Гроссмана в 1940-х годах. Однако советское руководство запретило публикацию этой книги в стране. Она была напечатана в Иерусалиме в 1980 г. [1] В ней был помещен небольшой рассказ Ф.М. Гонтовой, в котором очень коротко описывалась история группы евреев из г. Енакиево Донецкой области, выживших в с. Благодатное. [2] После падения советской власти, проводившей политику замалчивания Холокоста, в России и в Украине появились более подробные публикации о спасении евреев в Благодатном. [3], [4], [5], [6], [7], [8], [9] Анализ этих публикаций и новых материалов [10], [11], [12], [13], [14], [15] позволяет детально описать историю спасения и установить поименно всех участников тех событий.

     Большинство взрослых участников событий родились и жили в еврейской земледельческой колонии Излучистая. Она была основана в 1824 г. в Херсонской губернии и уезде евреями-переселенцами Могилевской и Витебской губерний. В 1930 гг. село Излучистое входило в состав Сталиндорфского еврейского национального района, ныне оно входит в Софиевский район Днепропетровской области Украины. [16]

     22 июня 1941 г. началась самая страшная и кровопролитная война в мировой истории. Быстро продвигаясь по территории СССР, нацистские войска уже к середине июля приблизились к центральной части Украины. Днепропетровской области угрожала нацистская оккупация. В первых числах августа началась эвакуация в Сталиндорфском районе.

     Часть еврейского населения с. Излучистое, понимавшее необходимость эвакуации, покинуло Излучистое и на подводах двинулась на восток. Среди них были семьи Кусковских.

     Семья Григория Самойловича Кусковского 1902 г.р., его жена Соня Кусковская (Центнер) 1909 г.р. и четверо детей: Мария 1929 г.р., Михаил 1931 г.р. (по документам 1932 г.), Дина 1938 г.р., Евгения 1941 г.р.

     Семья Риты Иосифовны Кусковской (Кадушевич), 1912 г.р. и двоих детей: Леонид 1934 г.р. и Мила 1940 г.р. Муж Риты и отец ее детей Кусковский Арон Самойлович, 1909 г.р., призван по мобилизации в 1941 г., ст. лейтенант, командир роты, пропал без вести в сентябре 1941 г. [17]

     Семья Фени Самойловны Нахимович (Кусковской) и четверо детей: Митя 1928 г.р., Роман 1930 г.р., Александр 1939 г.р. и Людмила 1941 г.р. Муж Фени и отец ее детей Нахимович Лев Григорьевич, 1906 г.р., уроженец г. Прилуки Черниговской области был призван Сталиндорфским РВК 24.07.1941. Пропал без вести в 1941 г. [18]

     С Кусковскими бежала также их мать Хая и сестра Лея (Елена) Бабская (Кусковская). Муж Хаи Самуил Кусковский пропал без вести в годы Голодомора. Вероятно, стал жертвой каннибалов из соседних деревень. Муж Леи Зейлик Бабский находился в действующей армии, а ее взрослые дети Сара и Михаил жили в других места.

     В середине августа 1941 г. с. Излучистое было захвачено немецкими войсками. В период оккупации села евреи размещались в гетто и использовались на тяжелых работах. 30 мая 1942 г. узники гетто были расстреляны у с. Златоустовка. [19]

     Кусковским сопутствовала удача. Им удалось переправиться через Днепр и оторваться от наступающих немецких войск. Они направились в г. Енакиево, где жили их родственники и земляки. Преодолев примерно 400 км они прибыли в Енакиево. Енакиево (в 1937—1943 гг. - г. Орджоникидзе) один из городов Донбасса, который в 1930-х гг. стал одной из важнейших промышленных баз страны. До войны г. Енакиево привлек к себе крестьян страны, в том числе евреев-земледельцев Излучистого, возможностью трудоустройства и учебы.

     Сюда в 1933 г. из Излучистого переехала семья Гонтовых. Глава семьи Матвей Григорьевич (Мотл Гершович) Гонтов, 1897 г.р. Его жена Лиза Марковна Гонтова (Трайбер), 1900 г.р. Их дети: Роза, 1921 г.р., Абрам, 1924 г.р., Екатерина 1930 г.р. и Раиса 1933 г.р. В Енакиево Матвей возил на подводе уголь от шахты до железнодорожной станции. Однажды подводу перегрузили, колесо слетело с оси, подвода завалилась набок и придавила Матвея ногу. С тех пор он заметно хромал, выглядел старше своих лет. "Старик Гонтов", так его все называли, а ему было чуть больше сорока. С первых дней войны был призван в действующую армию муж Розы, вышедшей замуж в предвоенном году. Недолго пришлось воевать ее мужу. Шабес Натан Яковлевич, 1914 г.р., уроженец г. Енакиево погиб в бою 9 августа 1941 г. в Псковской области. [20] 11 сентября 1941 г. Роза родила девочку. Похоронка к тому времени была уже получена. Девочку по имени отца назвали Натой (Наташей). Матвея из-за инвалидности на фронт не призвали.

     В конце лета в Енакиево стали поступать беженцы из западных и центральных областей Украины. Они рассказывали страшные истории об уничтожении евреев на оккупированных территориях. Эти рассказы произвели сильное впечатление на Гонтовых и их родственников. Они осознали, что если город будет захвачен врагом все оставшиеся в нем евреи будут уничтожены.

     К концу сентября 1941 г. фронт приблизился к Енакиево настолько, что уже не оставалось сомнений в необходимости эвакуации. На восток пошли эшелоны с оборудованием и специалистами промышленных предприятий. Но из-за острого дефицита железнодорожных вагонов государство было неспособно осуществить полную эвакуацию предприятий и граждан, не желавших остаться на оккупированной территории. В этой ситуации еврейское население могло рассчитывать только само на себя.

     Семья Матвея Гонтова и жившие в Енакиево их родственники решили уходить вместе с Кусковскими на повозках, запряженных лошадьми. Вместе с семьями Матвея Гонтова и Розы Шабес (Гонтовой) на восток отправились:

     Семья Фиры (Эсфирь) Моисеевны Гонтовой (Трайбер, однофамилица Лизы Гонтовой), 1909 г.р. с двумя дочерьми: Катей 1935 г.р. и Раей 1937 г.р. Муж Фиры (брат Матвея) Гонтов Хаим Гершович, 1907 г.р., уроженец колонии Излучистая, в начале войны был призван Енакиевским военкоматом в действующую армию и пропал без вести в сентябре 1941 г. [21]

     Семья Григория (Герш-Лейб) Марковича Трайбера (Брат Лизы Гонтовой), 1901 г.р., его жена Раиса Абрамовна с тремя детьми: Алексеем (Абрамом), 1928 г.р., Анной и Басей.

     Семья Григория Моисеевича Пересецкого, 1903 г.р., уроженца с. Излучистое; его жена Бетя Григорьевна (родственница Матвея) с сыном Ефимом.

     Всего их было восемь семей и две одинокие женщины.

     Обоз беженцев в конце сентября 1941 г. двинулся из Енакиево на восток, в направлении Сталинграда. Преодолев примерно 370 км, они прибыли в станицу Милютинскую Ростовской области, расположенную почти на прямой, соединяющей Енакиево и Сталинград. К этому времени темпы продвижения германской армии стали замедляться, и в начале декабря 1941 г. фронт в Донбассе стабилизировался. В этой ситуации беженцы из Енакиево решили остановиться в станице.

     С оставшимися же в оккупированном Енакиево евреями произошло следующее. 28 февраля 1942 г. все евреи (свыше 500 человек) были согнаны в четыре барака. 5 мая началась ликвидация еврейского лагеря, евреев на грузовиках увозили в соседнюю Горловку. В течение этого и следующего дня нацисты расстреляли и сбросили в шахту примерно 500 евреев Енакиево. [22]

     После прибытия в станицу Милютинскую в действующую армию были призваны Григорий Пересецкий, пропавший без вести на фронте в декабре 1943 г., [23] Григорий Трайбер, погибший в бою 08.02.1945. [24] и Григорий Кусковский, демобилизовавшийся в 1946 г. [25] Таким образом, в группе, прибывшей из Енакиево в Милютинскую остался единственный мужчина Матвей Гонтов. Здесь группа пополнилась еще одним человеком, в марте 1942 г. Рита Кусковская родилась дочь Соню.

     Летом 1942 г. Германия возобновила атаку, проведя широкомасштабное наступление на юг и юго-восток, по направлению к Сталинграду и нефтяным месторождениям Кавказа. Когда фронт стал приближаться (Милютинский район был оккупирован с 5 по 12 июля 1942 г.) группа беженцев из Излучистого и Енакиево в составе 32 человек во главе с Матвеем Гонтовым в конце июня 1942 г. покинула станицу и снова двинулась на восток. Но на этот раз уйти от стремительно наступавшего врага не удалось. В районе реки Дон немцы выбросили десант. Впереди шли бои. Одновременно немецкая авиация бомбила дорогу. Беженцы разбежались и прятались всю ночь в камышах у болота. Стало ясно, что дорога на восток перерезана. Первое, что сделали беженцы - уничтожили советские документы, которые свидетельствовали об их еврействе. Утром появились немцы, они обнаружили беженцев и приказали немедленно разворачиваться и возвращаться домой. Возвращаться без документов означало лишать себя каких-либо шансов на спасение. Поэтому Матвей решил попытаться получить какую-либо бумагу от находившегося невдалеке немецкого офицера, используя для этого Бетю Пересецкую. Она с детства жила в той части Излучистого, где в основном жили немцы-колонисты. Общаясь с ними, Бетя отлично освоила немецкий язык и преподавала его в местной школе. Матвей обговорил с ней и со своей старшей дочерью Розой план действий. Бетя и Роза с ребенком на руках направились к офицеру. Бетя Григорьевна превратилась в немку Берту Генриховну, Роза - в Риму. Наташа, белокурая с голубыми глазами дочка Розы, выглядевшая "идеальным арийским ребенком", стала дочерью репрессированного советского немца. Берта со слезами на глазах рассказала офицеру, что она и Наташа немки. Она из-за своего немецкого происхождения преследовалась советской властью. Остальные украинцы, которые притеснялись властями как бывшие "кулаки", скрывали ее от властей и не раз спасали ей жизнь. Все они из-за преследования вынуждены были бежать от местных властей, а теперь после освобождения хотят вернуться домой. Случилось чудо. Она говорила так уверенно и так чисто, что у немецкого офицера эта легенда не вызвала сомнение. Офицер дал Наташе большой кулек конфет и приступил к составлению документа. В нем сообщалось, что его обладатели прошли проверку, возвращаются домой на трех подводах, имея при себе корову, и нуждаются в содействии оккупационных властей. Документ на армейском бланке был заверен подписью и печатью. Полученный документ сыграл впоследствии важную роль в судьбе группы Матвея Гонтова.

     Обоз Гонтова развернулся и двинулся в обратную сторону, на запад. Перед беженцами встал вопрос, куда ехать? Нельзя было возвращаться в станицу Милютинскую и Енакиево. Даже приближаться к этим местам, где их могу опознать, было опасно. Поэтому было решено направиться в сторону Ворошиловградской (ныне Луганская) области. По дороге пытались найти в глубинке полузаброшенное маленькое село, прибиться к местному колхозу, найти там какое-то жилье и работу.

     Чтобы свести к минимуму встречи с людьми, стремились обходить большие населенные пункты и использовать глухие проселочные дороги, шли в основном ночью, днем, чтобы никому не попасть на глаза, отсиживались в балках, оврагах, посадках... Питались тем, что находили по пути: на полях, в огородах и садах. Очень помогала корова, спасая детей от голода своим молоком. Если встреча с людьми или тем более с полицаями становилась неизбежной, прятали явно похожих на евреев, уложив их на подводы и укрыв тряпками. Еврейские кудри стриглись либо повязывали платки на головы. Необрезанных мальчиков держали нагишом. Хая Кусковская, практически не говорившая по-русски, а также картавившие или говорившие с еврейским акцентом, становились глухонемыми и все время молчали. Еврейские имена заменили на русские. Матвей выдавал себя за татарина, потому что им, как мусульманам, также, как евреям, делали обрезание.

     Несмотря на предпринимаемые меры предосторожности, встречи с полицаями всегда была очень опасны. Обычно такая встреча происходила следующим образом. Они подозрительно осматривали людей, а потом со злорадством спрашивали: "Це що жиди, а ми вже всіх перестріляли, звідки ви взялися?" После этого вперед выходила Берта, доставала документ, показывала его полицаям, затем громко переводила его содержание. Если это было недостаточно, она требовала встречи с немецким офицером. Как правило, после этого полицаи, схватив что-то с подвод, уходили.

     В ряде случаев уйти от полицаев не удалось, тогда, как ни странно, приходилось искать помощь у немцев. Один из таких случаев. Группа была остановлена невдалеке от г. Краснодон Ворошиловградской области. На этот раз немецкий документ не помог. Полицаи заставили обоз въехать во двор полицейской станции на окраине города. Двор был огорожен высоким забором. Задержанным стало понятно, что полицаи вскоре их расстреляют. Оставалась надежда на немцев. Во дворе было много полицаев, но немцев не было. К счастью, когда стемнело, Гонтов и Берта смогли найти отверстие в дощатом заборе и незаметно выбрались наружу. Рядом проходила дорога, где ездили машины. Они остановили легковой автомобиль. Там оказался немецкий офицер. Берта передала офицеру имеемый документ и со слезами рассказала, что она немка, полицаи загнали ее родных во двор и собираются расстрелять. Офицер усадил Гонтова и Берту в автомобиль и они въехали во двор. Офицер приказал немедленно освободить арестованных. Беженцы выехали со двора, а немецкий офицер сопровождал их на автомобиле несколько километров. Таких случаев, когда все находились на краю гибели, было много.

     Пройдя с большими трудностями и риском для жизни с востока на запад по территориям Сталинградской (ныне Волгоградская), Ростовской, Ворошиловградской, Сталинской (ныне Донецкая) и Днепропетровской областей и не найдя убежища, группа Гонтова вышла к Днепру. Приближалась зима. Погода стояла холодная. Надо было срочно найти место зимовки. По ту сторону реки оставалась маленькая надежда укрыться в небольшом селе Благодатном, где у одной из женщин жил знакомый ветеринарный фельдшер Г.И. Волкозуб. Однако, чтобы переправиться через Днепр, нужно было получить пропуск. Все очень боялись, что именно здесь, при получении пропуска, их разоблачат. Положение казалось безнадежным. Поэтому взрослые приняли решение - старший ребенок должен взять младшего, и по двое разойтись в разные стороны в надежде, что кто-либо останется в живых. Когда взрослые объявили о своем решении детям, старшие из них категорически отказались принять его. Они плакали и кричали, что если погибать, то всем вместе. Тогда Берта пошла на контрольно - пропускной пункт, там предъявила документ и объяснила, что все идут в Одесскую область, на родину. Ее долго допрашивали, долго рассматривали документ, а затем выдали пропуск. Все благодарили Б-га, что и на этот раз все закончилось благополучно.

     После трех месяцев пути, уйдя от Дона на запад по прямой примерно на 650 (на самом деле в 2-3 больше, так как часто шли не зная куда) км, группа в середине октября 1942 г. добралась до с. Благодатное. Территория, где располагалось это село, ко времени прихода беженцев была практически "юденфрай", т.е. свободной от евреев. В Кривом Роге евреи были истреблены 14-15 октября 1941 г., последние евреи Днепропетровска - в декабре 1941 г., Никополя - 25 марта 1942 г., в Сталиндорфском бывшем еврейском национальном районе - в конце мая 1942 г. В живых еще оставались находящиеся под усиленной охраной евреи-заключенные трудового лагеря в с. Любимовка Софиевского района, которых расстреляют зимой 1942-1943 гг. [26], [27]. Этот факт, вероятно, несколько притуплял бдительность оккупантов и их пособников по отношению к выявлению евреев в регионе.

     Уже были заморозки, слякоть, дожди. Люди были в крайней степени истощения как физически, так и духовно, Собрав последние силы две женщины пошли в село на разведку. Немцев в селе не было. Нашли Г.И. Волкозуба, он приветливо их встретил. Затем он повел Матвея и Берту в управу, где они встретились со старостой Афанасием Григорьевичем Колинькой и бухгалтером местного колхоза Павлом Сергеевичем Зирченко (1903-1977). Несмотря на догадки об их происхождении, староста разрешил им перезимовать в селе, а Зирченко помог расселить прибывших. Семья Гонтова из 7 человек разместилась в комнате из 10 кв. м. Примерно в таких же условиях поселились другие. Многие хозяева оказывали всяческую помощь своим квартирантам. Такой была женщина, которую все называли Мартыновна, у нее разместилась семья Фени Нахимович.

     После поселения надо было срочно решить две важнейшие проблемы. Немцы и полицаи в любое время могли появиться в селе, поэтому, первым делом, нужны были документы. Имеемый немецкий документ был недостаточным для проживания в селе. Второй проблемой было пропитание. Матвей с первого дня приступил к работе. Имея телегу и лошадей, он помогал селянам доставлять домой собранный в полях и огородах урожай. Крестьяне расплачивались с ним частью урожая. Но обеспечить пропитание всех членов группы он не мог. Матвей уже знал, что самым надежным и порядочным человеком в селе был П.С. Зирченко. К нему Матвей решил обратиться за помощью. Несмотря на большой риск, Матвей рассказал Зирченко всю правду о еврействе приехавших в село и попросил его помочь выжить. Павел Сергеевич ответил, что все что он узнал останется тайной и чем он сможет, он поможет. Зирченко с честью сдержал данное им обещание.

     Первым делом Павел Сергеевич принялся за изготовление документов. Для этого он привлек своего сына, 16-летнего Михаила, имевшего дар художника и успевшего до войны некоторое время поучиться изобразительному искусству в Днепропетровске. Они вдвоем принялись изготавливать фальшивые документы с "гербовыми печатями" советского и немецкого образца. В этих документах указывались вымышленные фамилии и имена, национальность: русские, татары, украинцы. Старший Зирченко писал справки, младший Михаил ставил печати, аккуратно перерисовывая их с немецких и советских документов. Для своих "художеств" с печатями Михаил использовал всякие "подручные материалы" - пригодился, например, сырой картофель, трижды тренировался на черновике, а затем уже делал все "подчистую". Получалось совсем неплохо. Когда работа была закончена Павел Сергеевич отнес справки томившимся в отчаянном ожидании людям. На основании этих справок взрослых трудоспособных пришельцев определили в местный колхоз. Риск был большой. За помощь евреям оккупанты лишали жизни.

     Вскоре оккупационным властям стало известно, что в Благодатном появились подозрительные люди, некоторые из которых похожи на евреев. В село прибыли немцы и полицаи. Началась проверка документов и допросы П.С. Зирченко и его подопечных. Он смело и решительно отстаивал этих людей, доказывая, что они действительно - русские, татары, украинцы. На вопрос офицера: почему этих людей приняли в колхоз? Зирченко ответил, что сделано это из-за нехватки рабочих рук, а немецкой армии нужны продукты. Его ответы и документы были убедительными. Опять случилось чудо. Вскоре немцы и полицаи сняли оцепление и уехали. На Зирченко и людей Гонтова было страшно смотреть. Их лица были белы, как стена. Еле вырвались из лап смерти.

     В течение всей зимы Зирченко помогал евреям продовольствием. Он часто приходил к ним и приносил, что только мог. Он тайно ночами выдавал Гонтову с колхозного склада зерно, картофель, свеклу и др. Все полученное Гонтов затем делил между всеми семьями беженцев. Весной, когда начались полевые работы, все женщины вышли в поле. Все старались как могли. Когда же на поле работал имевший большой опыт сельского труда и обладавший недюжинной силой Матвей Гонтов, местные мужики говорили: "Це не жиди. Жиди так працювати не можуть". Однако в селе оставалось достаточно людей подозревавших пришельцев в еврейском происхождении. Некоторые из соседей говорили: "Я все знаю, тільки мовчу". Было опасение, что рано или поздно кто-то их погубит. Но соседи молчали до конца.

     Многие опасности подстерегали пришельцев в Благодатном, но А.Г. Колинько и П.С. Зирченко успевали заранее предупреждать их, прежде всего о предстоящих приездах в Благодатное немцев и полицаев. В такие моменты дети Зирченко Михаил и Галина (1929-2005) уводили кого могли из села и прятали в заброшенной силосной яме или других укрытиях. Когда пришельцы направлялись на работу в поле, дети Зирченко сопровождали их. При возникновении опасности, они, первым делом, сообщали об этом отцу, который всегда находил выход из положения.

     Прошел год пребывания евреев в Благодатном. К этому времени ход войны изменился в пользу Советского Союза. Красная Армия перешла в решительное наступление. Фронт приближался к Благодатному. Чем ближе подходила Красная Армия, тем больше свирепствовали фашисты. Они грабили, насиловали и убивали. Каждый день жители села прятались, где только можно: в ямах, в погребах, в сараях, в специально вырытых укрытиях. Наконец, 19 ноября 1943 г. Благодатное было освобождено. Радости не было конца. Но вскоре она омрачилась арестом А.Г. Колинько и П.С. Зирченко. В освобожденных населенных пунктах советские спецслужбы вылавливали пособников оккупантов: старост, полицаев и т.п. Их расстреливали или приговаривали к большим срокам заключения. Такая же участь ждала арестованных. На следующий день после ареста на ступеньках комендатуры в районном центре Софиевка, куда отвезли арестованных, уже стоял Матвей Гонтов. И опять везение. Теперь уже для арестованных. Офицер-комендант Софиевки оказался евреем. То, что он услышал от Гонтова, показалось ему совершенно невероятным, и он дал команду проверить, так ли это. Когда все подтвердилось, он лично выпустил арестованных на свободу, пожав им на прощанье руки.

     После освобождения от оккупации Николай (Абрам) Гонтов, отец и сын Зирченко был призваны в действующую армию. Они сражались на фронтах Второй мировой войны против гитлеровской Германии и милитаристской Японии. Впоследствии Михаил Зирченко стал профессиональным художником.

     Спасшиеся евреи переехали в Днепропетровск и Кривой Рог. Они были среди первых евреев, вернувшихся в эти города после их освобождения. У них не было паспортов, они не имели прописки. Жили в подвалах, разрушенных домах. Вследствие нацистской пропаганды в годы немецкой оккупации, проявления антисемитизма среди населения стали значительно сильнее, чем в довоенные годы. Евреи, возвратившиеся после войны на свои прежние места жительства, столкнулись с враждебным отношением со стороны руководства и местных жителей. В их спасение многие не верили. Всех евреев убивали, а их - нет. По этой причине спасшиеся решили никому ничего не рассказывать. Исключение было сделано только для помощника писателя Ильи Эренбурга, который тогда собирал материалы для "Черной книги". Долгие годы спасшиеся поддерживали близкие отношения с Колинько, Зирченко и другими жителями Благодатного. Только после крушения Советской власти о чуде в Благодатном появились публикации в печати.

     На основании свидетельств спасенных и публикаций в прессе 16 ноября 2004 г. израильский Национальный институт памяти жертв Катастрофы и героизма еврейского народа Яд ва-Шем за спасение евреев в годы войны удостоил Павла Сергеевича Зирченко (посмертно) и его сына Михаила Павловича почетным званием "Праведник народов мира".

     История спасения евреев группы Гонтова является уникальной. Группа из 32 евреев (один мужчина, 10 женщин, 21 ребенок, включая несколько грудных) прошли не менее 1000 км по пяти оккупированным областям России и Украины, прошли через множество населенных пунктов, преодолели десятки водных преград, в том числе такую могучую, как Днепр, и нашли убежище в с. Благодатное Криничанского района Днепропетровской области. Их спасение стало возможно лишь благодаря помощи жителей села. Здесь, через 13 месяцев пребывания, они дождались освобождения. При этом за 16 месяцев пребывания на оккупированных территориях ни один из них не погиб и не умер от болезней.

     Заслуживают внимания судьбы мужей женщин, спасшихся в с. Благодатное. Во время войны и после нее антисемиты утверждали, что евреи не воевали, а отсиживались в глубоком тылу на теплых и хлебных местах. Но собранная информация о мужьях утверждает обратное этому лживому стереотипу антисемитской пропаганды. Среди десяти женщин была пожилая вдова, муж другой был инвалидом, который возглавил группу беженцев, мужья же остальных восьми женщин в первые дни и месяцы войны были призваны в действующую армию, из них шестеро погибли в боях с немецко-фашистскими захватчиками.

     Прошло много лет. Оставшиеся в живых дети выросли, мальчики женились, девочки вышли замуж и поменяли фамилии. Катя Гонтова стала Спичиневской, Раиса Гонтова - Герховской, Наталья Шабес - Гульман, Екатерина дочь Хаима Гонтова - Шумячкиной, Людмила Нахимович - Духиной, Соня Кусковская - Вагановой и т.д. Появились новые поколения. Жизнь разбросала их по белу свету. Они живут в Израиле, Германии, США, Украине и России ... Но все они хранят память о событиях военных лет и о тех кто спас жизни им и их предкам.

Литература :

1. Альтман И.А. История и судьба "Черной книги" // "Черная книга". Вильнюс: Йад, 1993.
2. Черная книга. Под редакцией В. Гроссмана и И. Эренбурга. Иерусалим, 1980. С. 323.
3. Павел Сергеевич и Михаил Павлович Зирченко. Праведники мира // Электронный ресурс: http://djc.com.ua/jewish-press/ssarch/arch2001/arch0401/sh5.htm
4. Шварцман И. Мне выпала такая доля долга и милосердия // Агенство еврейских новостей. Электронный ресурс: http://aen.ru/index.php?page=article&category=sketches&article_id=383&PHPSESSID=12smbm6m83du4432opnjigm5a1
5. Одна на всех // Ростов-на-Дону: новости, доски объявлений, работа, погода. 21 апреля 2011. Электронный ресурс: http://161.ru/victory/385877-print.html
6. Лейбельман М. Крутые дороги // // Каскад, 12 июня 2003. Электронный ресурс: http://kackad.com/kackad/крутые-дороги/
7. Аскольд Э. Необычные судьбы обычных людей. Путешествие по страницам газеты "Шабат шалом". Днепропетровск. 2013. С.78-85 // Электронный ресурс: file:///C:/Users/Dax222/Downloads/Axelrod_sudby_s.pdf
8. Праведники народов мира. Зирченко Павел и Зирченко Михаил // Электронный ресурс: http://db.yadvashem.org/righteous/family.html?language=ru&itemId=4072027
9. Кусковский М. А жить так хотелось... // Воспоминания бывших узников концлагерей и гетто. Беэр-Шева. Израиль 2010. C. 142-143.
10. Спичиневская (Гонтова) Е.М. Воспоминания. 22 марта 2004 // Архив Яд ва-Шем.
11. Спичиневский И.Н. Воспоминания. февраль 2016 // Личный архив автора.
12. Гонтов Г.М. Воспоминания. Декабрь 2015 г. // Личный архив автора.
13. Кусковская (Полянчикова) Е.М. Воспоминания. Декабрь 2015 - январь 2016 // Личный архив автора.
14. Духина (Нахимович) Л.Л. Воспоминания. 21 января 2016 // Личный архив автора.
15. Ваганова (Кусковская) С.А. Воспоминания. 17 января 2016 // Личный архив автора.
16. Пасик Я. Еврейские земледельческие колонии Херсонской губернии // Электронный ресурс: http://evkol.ucoz.com/colony_kherson.htm
17. Кусковский Арон Самойлович // Обобщенный электронный банк данных "Мемориал" (ОБД). Электронный ресурс: https://www.obd-memorial.ru/html/info.htm?id=74953177
18. Нахимович Лев Григорьевич // Обобщенный электронный банк данных "Мемориал" (ОБД). Электронный ресурс: https://www.obd-memorial.ru/html/info.htm?id=7492315
19. Пасик Я. Еврейские земледельческие колонии Херсонской губернии.
20. Шабес Натан Яковлевич // Обобщенный электронный банк данных "Мемориал" (ОБД). Электронный ресурс: https://www.obd-memorial.ru/html/info.htm?id=50542986
21. Гонтов Хаим Гершович // Обобщенный электронный банк данных "Мемориал" (ОБД). Электронный ресурс: https://www.obd-memorial.ru/html/info.htm?id=54826326
22. Круглов А.И. Хроника Холокоста в Украине. Запорожье, Премьер, 2004. С. 84, 99, 100.
23. Пересецкий Григорий Моисеевич // Книга памяти воинов-евреев, павших в боях с нацизмом. Электронный ресурс: http://jmemory.org/Show_Details1.asp?num=399
24. Трайбер Григорий Маркович // Обобщенный электронный банк данных "Мемориал" (ОБД). Электронный ресурс: https://www.obd-memorial.ru/html/info.htm?id=69898771
25. Кусковский Григорий Самойлович // Память народа. Электронный ресурс: https://pamyat-naroda.ru/heroes/podvig-chelovek_kartoteka1276092315/
26. Круглов А.И. Хроника Холокоста в Украине. Запорожье, Премьер, 2004. С. 47,70, 91.
27. Пасик Я. Сталиндорфский еврейский национальный район // Электронный ресурс: http://evkol.ucoz.com/stalindorf.htm

Впервые опубликовано 27-01-2016    

Замечания, предложения, материалы для публикации направляйте по адресу:    y.pasik@mail.ru
Copyright © 2005